Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: чужие города (список заголовков)
12:33 

По выезду из Германии в аэропорту у меня возник только один вопрос. Как зовут жителей Осло? Осленцы или ослянки?

Так ли иначе, вот вам мое пафосное фото из Люксембурга. Города,где покушать стоит дороже, чем сходить в дворец к местной принцессе.

я и крыши

@темы: чужие города

11:12 

Начинаю...

...потихоньку готовиться к поездке во Францию и Германию. Приблизительный маршрут (за помощь и подсказки спасибо прекрасной sole) будет выглядеть так, а далее дополнять разными гостиницами и прочей радостью бекпекера-гедониста.



Ага, заявку на визу от третьего лица можно подать тут www.joconda.ru/Default.aspx?lng=ru

@темы: чужие города

21:52 

Cerise Rouge:
как рассвет
"Rites Of Passage" Vogue India November 2013 Issue
Photographed by Signe Vilstrup
От любви очарований
Обезумели сердца,
Страсть забилась в них, как песня
Без начала и конца.

Моханг Сингх


+++


URL записи

@темы: чужие города

22:43 

Что сказать, денек-то некаллиграфически подгадил мне последние часы пребывания в третьей столице.

Серьезно - третья столица? Ребята, вы же видели две предыдущие. Казанцы, вы только не точите на меня зубной протез, но на третью часть третьего Рима Казань не тянет никаким органом. Это красивый город, но советский флер портит даже то, что умудрились не испортить вконец потерявшие совесть архитекторы и проектировщики. Навтыкавшие в исторический центр монструозные стекло-картонные торговые центры из говна и веток (с). Один только торговый центр "Кольцо" чего стоит.

Прекрасной Казань показалась только с одной точки - той самой, в которую приезжает автобус №30, когда минует остановку позади Кремля.

@темы: Путешествие, ментальный стриптиз, семейное, чужие города

01:38 

Штрафы, отели, «русалколев»

О своем путешествии в один из самых развитых и красивых городов планеты Сингапур «Улице Московской» рассказывает преподаватель иностранных языков Дарья Обливанцева.

Впервые увидев по телевизору в детстве Сингапур, я даже не сразу поняла, как одна территориальная единица может быть и городом, и республикой одновременно. Конечно, такому активно развивающемуся мегаполису постепенно стало тесно на сравнительно небольшой территории, которую он занимал исторически.

Обдумав все варианты, сингапурцы решили не изобретать велосипед. И новые километры площади себе просто намыть, соединив друг с другом ближайшие к материку острова.


@темы: мой креатив, писательство, чужие города

00:12 

Запоздалый отчет о Питере.

Питер, он как ватрушка с творогом - его либо много не бывает, либо сразу аллергия и смерть. Я это поняла еще когда впервые заблудилась на Невском. Спрашивала у людей, как пройти в библиотеку, но все посылали в Гостиный двор. Пять лет спустя, я могу с уверенностью сказать - теперь сама могу послать в Гостиный двор (библиотеку, правда, не нашла).
Питер для меня стал копромиссом между Таиландом и Березовой рощей. Конечно, ни в одном словаре мира эти два географических названия рядом не стоят. Пришлось разбавлять их культурной столицей. На работе охали - путешественница! Из Березовой - да в Питер, а я смотрю на карту и измеряю ее линейкой. Пока все очень грустно.

Впрочем, в Питер я приехала после Москвы. Так что не все было так плохо. Обратная эволюция.

@темы: чужие города, писательство, ментальный стриптиз, Путешествие

22:19 

После таких материалов на авторе хочется жениться. Причем в Сингапуре.

Сто запретов Сингапура

В бананово-лимонном Сингапуре нет ни лимонов, ни бананов. Их придумал Вертинский, все поверили и стали петь, а они там не растут. Но это еще не повод, чтобы не навестить этот остров - Манхэттен с азиатской экзотикой. Правда, таково только первое впечатление. Потом довольно быстро понимаешь: все как раз наоборот. Сингапур настоящая Азия в декорациях небоскребов


Ничего съедобного на острове не растет не по климатическим, а по экономическим соображениям. Правители Сингапура предоставили право ковыряться в земле соседней Малайзии, а сами занялись банковским делом, компьютерами и туризмом. В итоге у Малайзии есть все фрукты, которые только могут произрастать под азиатским солнцем, а у Сингапура - все деньги, которые только может вообразить себе малаец. Сингапур снисходительно покупает у Малайзии все, включая хлеб. Бананы с лимонами тоже.

И со всей Европы в Сингапур летят немцы, французы, испанцы и итальянцы, и со всей Америки в Сингапур летят американцы, и со всей Японии в Сингапур снуют японцы. Двухэтажные "боинги" напичканы до предела людьми. Люди везут с собой ноутбуки, жен и детей. Жен - потому что Сингапур - это великий shopping. Детей - потому что Сингапур - это дикие звери, разгуливающие на свободе, но ни разу никого не съевшие, и безопасность на улицах, и никакой тропической заразы при полном наборе тропической экзотики. А ноутбуки - потому что лететь долго.

@темы: чужие города

12:28 

Вот кстати, по следам вчерашних индийских изысканий.

Попасть в Болливуд оказалось совсем нетрудно. Каждый день по Колабе – району дешевых гостиниц, этакому «туристическому гетто» - рыщут киноагенты. «Отлов» иностранцев для кино – стабильный и прибыльный бизнес, в нем есть своя иерархия. На самом верху пирамиды стоят люди, имеющие непосредственное отношение к кино – координаторы по кастингу и их помощники. Потом идет их агентура - портье дешевых отелей, официанты, таксисты: эти сообщают о появлении свежих кандидатов. В самом низу пирамиды навязчивые гиды-попрошайки, уличные продавцы и даже мелкие торговцы наркотиками. Они также помогают заманивать туристов в лапы киношников. Услуги этой братии оплачиваются из гонорара артиста. Тогда я этого не знал и думал, что попасть в кино – большая удача.

kubatyan.blogspot.ru/2003/10/blog-post_05.html

@темы: страх и ненависть в Индии, чужие города

12:08 

Индия в декабре!

От сих пор стартую подготовку к самостоятельному путешествию по Индии.
Мастхэв на поездку - Иммодиум, Активированный уголь, запасной желудок, + 10 к удаче и широко открытые глаза.
Стоимость поездки - Как чугунный мост. (28 тыс. туда-обратно Аэрофлотом + 2 тыс. на внутренние поездки 2 классом поезда + 5 тыс. проживание)

Краткий экскурс.

Столица Индии - Дели (Dehli)
Крупные города: Мумбай (Mumbai, ранее Бомбей), Колката (Colkata, ранее Калькутта), Ченаи (Chenai, ранее Мадрас). Основные курорты для зарубежного туризма — Гоа (Goa) и Керала (Kerala).

Виза. Обычный срок оформления документов в посольстве 2 недели или 10 рабочих дней.
Необходимые документы:
• заграничный паспорт, действительный не менее 3 месяцев со дня окончания поездки,
• 2 анкеты,
• 2 фото 3×4
• копия внутреннего паспорта (первая страница и страница с пропиской)
• копия авиабилета (последняя понадобится, если турист обращается в консульство индивидуально).
Консульский сбор — около 45 USD (1250 рублей для граждан РФ). Для граждан Беларуси и Украины — 1560 руб. Срок действия визы — до 90 дней.
Возможно оформление срочной визы (только через турагентства), её стоимость зависит от сроков оформления. Оформление срочной визы за 2 дня — около 120 USD.
Индийскую визу придётся получать даже для транзитного следования через страну.
Российские граждане пользуются правом свободного перемещения по всей стране, исключая районы, закрытые для посещения иностранцами. Для посещения таких мест (некоторые районы штатов Манипур, Сикким, Мизорам, Аруначал-Прадеш, а также Андаманские и Никобарские острова) необходимо заранее получить специальное разрешение.

Таможня: ввоз и вывоз ранее ввезённой иностранной валюты не ограничен, национальной — запрещён. Наличные деньги в сумме более чем 10 000 USD, а также персональные компьютеры и ноутбуки подлежат обязательному декларированию. Разрешён беспошлинный ввоз до 200 сигарет, или до 50 сигар, или до 250 г табака, спиртных напитков — до 0.95 л, украшений, продуктов питания, предметов и вещей домашнего обихода — в пределах личных потребностей.
Запрещён ввоз наркотиков и содержащих наркотические вещества препаратов, оружия и боеприпасов без соответствующих разрешений. Запрещён вывоз шкур тигров, диких животных и оперения птиц, кож и изделий из кож редких рептилий и слоновой кости, живых растений, золота и серебра в слитках, ювелирных изделий стоимостью свыше 2000 INR (кроме тех, что куплены в «duty free»), предметов антиквариата и старины, изготовленных более ста лет назад.

...и так дальше, от забора и до утра

@темы: страх и ненависть в Индии, Путешествие, чужие города

07:08 

Глава 10

Дождь это, кажется, за грехи мои тяжкие. Серьезно, он преследует меня в Италии везде.
Я только вышла со станции метро Colosseo (Колизей), как сверху щедро зарядили серые холодные капли. В самом сердце Нигде, с вещами, и без малейшего представления о том, как пройти к хостелу.
На три дня я препоручаю себя Риму.

В поезде мне пришлось серьезно задуматься о том, а не спятила ли я окончательно. Зачем, ради каких пирогов я бросила Верону? Оставила свою сердечную подругу ради большого и шумного Рима? А ведь я уже привыкла к тому, что рядом кто-то есть. Теперь – едва ли не впервые, я действительно завишу только от себя. Это немного пугает, и я храбрюсь. Уговариваю себя, что просмотрела все возможные гугль-карты. Детально изучила кусочек земли, на котором стоит хостел, и долго мучила поисковый сервер вопросами типа «где поесть в Риме?», «а еще где?», «а там дорого?».
Приблизительно те же вопросы я задавала людям, которых нашла через diary.ru по адресу в профиле. Если это был Рим, на свой страх и риск я оправляла письмо с просьбой о совете. Более чем на 20 различных писем пришло только три ответа. По числу дней.

Катя мне рассказала о том, как найти самое вкусное в Риме тирамису. Света обещала показать ночной город из седла своего верного мотороллера, Алина поделилась информацией о метро.
Постойте, метро? В Риме есть метро? Я слышала о древней канализации, но поезда под землей?
Только не смейтесь, Рим в моем представлении был чем-то вроде большой деревни. Почему-то казалось, что со времен древних римлян практически ничего не изменилось. На колесницах по улицам передвигаться сейчас уже сложновато, но и город, и его жители виделись мне немного медленными, довольными жизнью гедонистами, застывшими в своем развитии на историческом уровне терм и глиняных дощечек.
Пред моим мысленным взором вставали тоги, виноград и кожаные сандалии.
А приехала я к бесконечному ремонту, смогу и толпе туристов.
- Девушка, стойте! Стойте! – кричали мне сзади. Я обернулась. Меня нагнала итальянка в годах. – Виа Бенедетта. Как пройти к виа Бенедетта? – она выглядела так печально без зонта на пятачке пешеходного моста Понте Систо, что мне страшно хотелось ей помочь. Но я не могла, о чем ей тут же сообщила. Итальянка заливисто рассмеялась. – Подумать только! В центре Рима пятнадцать минут не могу римлян найти! Что за мир!
Она пожелала удачного отдыха и побежала дальше искать местных.
Кстати, виа Бенедетта была в десяти метрах через дорогу. Повстречай меня эта женщина днем позже, я бы ей все обстоятельно рассказала.

Если и есть плюсы у глобализации, то это один из них. В любой точке мира найти любую из возможных наций. Довольные жизнью корейцы жуют американские гамбургеры под сенью капитолийских кипарисов. Иссиня-черные как маслины арабы торгуют китайские игрушки туристам из Швеции на развалинах Колизея. Пьяные русские, отбиваясь от итальянских карабинеров, пытаются набить физиономию румынским попрошайкам, свистнувшим немецкий кожаный кошелек. Ах эта романтика больших дорог и необъятных возможностей открытого всем ветрам мира.
Подумать только, и это говорит бывший яростный ретроград и отшельник! Ведь до двадцати я была совершенно уверена, что мир заканчивается за указателем «Пенза» на трассе М5 в сторону Москвы. Дальше были только леса, поля, и сплошная опасность за каждым кустом и под каждым камнем. И страшнее того – неопределенность. Если и был какой-то многовариантный выбор в таком мировоззрении, то только – съедят ли меня волки, обкрадут ли цыгане, увезут в рабство таджики или я просто заблужусь в лесу. Вариантов благополучного разрешения этого путешествия не предсказывалось вовсе.
Когда я впервые отважилась выехать в Ульяновск, уже через пятнадцать минут после перечеркнутого указателя «Пенза» я ждала подвоха от каждой мили. Но шло время, а автобус не ломался. Не спускались шины, в салон не врывались разбойники. Мирно похрапывали на соседних сиденьях друзья. И я ослабила контроль. Но все равно ждала, что вот-вот… И все-таки, «вот-вот» не происходило.
Потихоньку я привыкла к мысли, что «вот-вот» от меня все дальше, а новый город все ближе. Однако ощущение это и теперь со мной.
Хотя «вот-вот» в Риме казалось чем-то настолько диким, что было даже смешно.
Я имею в виду - посмотрите на этих ребят. Итальянцы хитроваты, суетливы и эмоциональны, и не отличаются иррациональной честностью. Но они совершенно безобидны (если, конечно, вы не планируете оскорбить их партию или футбольный клуб).

Рим как две капли похож на россиян. Римляне поголовно москвичи.
Жарким деньком перед поездом я в последний раз в этом году любовалась белоснежным памятником Виктору Эммануилу Второму. В его геометричных и сухих пропорциях мне виделась сдержанность и изящество настоящего искусства, которое, в отличие от посредственности, никогда не стремится быть вычурным или излишним. И пока мне в голову приходили разные идеи того, какой бы памятник, имея я такие деньги, как этот самый Эммануил, отгрохала бы себе я, рядом стоял очень интеллигентный дядечка. И он по-своему очень интеллигентно писал в кусты. Прямо посреди Рима
Ну и скажите мне после этого, что русский и итальянец не братья навек!
Хостел я нашла после почти двухчасовой прогулки под дождем. Навигатор (мы с ним повоевали, но я, как доминирующая форма жизни на Земле, победила) вел меня узкими улочками – иногда не шире метра. В этих закоулках мне встречались витрины дорогих брендов, мне под ноги выливали грязную воду из ведра, я обходила спокойно читающих Ля Репубблика под козырьком своей лавки старичков, скандалящих с возлюбленными итальянских мужчин. Приветливый владелец секс-шопа в подвальном помещении пригласил заглянуть на огонек. Но я уже входила в границы Трастевере – и проигнорировала заманчивое предложение. Здесь, на крохотной виа Риари, в метре от глухой стены, примостилась неброская вывеска над звонком-кнопкой.

Трастевере очень неоднороден. Жилая одноэтажная зона самых что ни на есть коренных, родовитых итальянцев как бы обтекает самый центр района, где местных жителей практически нет – это туристическая зона. Здесь расположены самые дорогие, подешевле и откровенно экономичные, но безусловно аутентичные траттории, остерии и пастечерии. Спроси у каждого, и все хором ответят - если хочешь попробовать настоящей римской кухни, покушай в Трастевере. Правда, чтобы найти аутентичность за нормальные деньги здесь придется попотеть. Пиццу за 12 евро и салат за 10 сюда приходят кушать туристы со всех стран мира. А вот если сойти с центральной улицы, уже на параллельной можно найти местечки с ценами в полтора, а то и два раза ниже. Так что весь обед или ужи не обойдется дороже 14 евро. С бокалом вина, хлебом, первым и вторым. Вы ведь помните ресторанчик «Da Augusto»?
Но будьте готовы к тому, что если вы один, на вас посмотрят недовольно. Ведь туристическая индустрия зиждется на цифре 2.
Два места в номере, два стула за столиком в ресторане, два сидения рядом в автобусе, два билета в музей на экскурсии по цене одного. Два наушника, две подушки, два набора приборов на столе за обедом. В конце концов, два оплаченных обеда в путевке. Весь бизнес построен на том, что вас будет двое.
Упрямая и совершенно неграмотная в математике, туристическая индустрия все сделала так, чтобы одному путешествовать было гораздо дороже, чем в компании.
Откровенно говоря, один вы никому тут не нужны. На вас расходуется лишнее место, лишнее время и лишние ресурсы. Вы черное пятно на белой скатерти ежемесячного бухгалтерского баланса, белая ворона в стаде компанейских путешественников. Вы та самая пятая нога у собаки и пятое колесо в телеге, которое всем мешает зарабатывать деньги и их же комфортно тратить. Одиночек не любят по обе стороны баррикад - они навевают уныние на отдыхающих и предвещают убытки тем, кто предоставляет отдых. Они никак не укладываются в план и не делают красивых круглых цифр. Вот почему одиночки сразу же стремятся обзавестись компанией и прикрыть свое зияющее пустотой второе туристическое место как ширмой кем-то из новых приятелей. Словно в этом есть что-то стеснительное, довольствоваться собственной компанией.

Я не стремлюсь договаривать за молчаливых, но мне кажется, что в основе этой нелюбви лежит неумение оставаться наедине с самими собой. В одиночку наслаждаться видами из окна, экскурсией, любоваться красотами и древними памятниками. Людям сложно восхищаться про себя. Обязательно необходимо, чтобы кто-то стоял рядом и разделял эмоции. Наверное, потому, что так уж важны не сами достопримечательности, а возникающая на их фоне возможность обменяться с кем-то впечатлениями и хорошенько их обсудить.
Я помню, как в Праге, мы с Ольгой увидели одинокого туриста. Он был в очень веселой полосатой шапке, но с довольно унылой физиономией.
- Убей меня, если я однажды решусь путешествовать одна, - серьезно сказала я Ольге.
Надеюсь, Ольга никогда не прочитает эти воспоминания и не припомнит свое обещание.
Так или иначе, на письме «туризм» пишется как слово «два».
Есть только один совершенно определенный плюс в бронировании номера на одного: полотенец все равно будет два, а на двуспальной кровати так здорово спать одной!

Но знаете что, я бросила вызов системе. В этой больше экономической игре отвоевала свое право на одиночество и комфорт, несмотря ни на какое сопротивление и попытки меня сломать. И даже немного горда собой.
Как если бы я побывала на обеих сторонах Луны, и на обеих нашла золото.

@темы: чужие города, писательство, мой креатив

13:56 

Глава 9

С четвертой и пятой провидению даже не пришлось прилагать какие-либо усилия. Одна из них сама налетела на меня в холле отеля. Спросила про вай-фай, попросила настроить сеть, поинтересовалась, как дойти до остановки автобуса. Где-то между я узнала, что Камиля – турист поневоле. Или даже так: невольник визы.

- Дети уехали в Канаду. Внуки, родственники – все теперь там. А я осталась в России.
Камиля не скрывает досады. Это ее уже третье, но отнюдь не последнее путешествие заграницу «для галочки». Или скорее для сотрудников посольства Канады. Иначе ей просто не дадут визу, чтобы увидеться с детьми и внуками. Слишком уж канадские власти бояться, что простая русская бабушка нелегально переедет в их страну – раз уж так случилось, что там у нее практически вся семья. Так что не особенно богатой пенсионерке (совсем неправильное слово по отношению к Камиле, она прекрасно выглядит в свои 56) приходится едва ли не раз в три месяца отправлять в недельные туры то в Испанию, то в Португалию, то в Италию. А в промежутках наведываться в посольство, собирая дорогостоящие справки и прочие документы, уплачивая пошлины и взносы. Но каждый раз (а на момент путешествия в Италию их у Камили было три) получая отказ. И она снова в путешествие.

«Одиночество поневоле». Так родители остаются одни, когда дети уезжают за лучшей жизнью в другую страну, и даже если там находят те же проблемы, обратно уже не возвращаются.

В дороге я частенько вспоминала Камилю, думая о том, готова ли сыграть такую злую шутку с собственными родственниками. Почти уверена - отправься я в ту же Италию на постоянное жительство, и даже обзаведись там семьей, мои родители никогда бы не переехали ко мне из России. Мы жили бы по разные стороны океана, изредка навещая друг друга.
Мои друзья однажды не успели на похороны собственного брата из Америки в Россию – посольство долго тянуло с визой. И веселого тут, конечно, мало.
Сколько людей задумывается о таких вещах, когда представляется возможность переехать и осесть в Европе?

В день отъезда Камиля мне внезапно рассказала, что нашла подругу по несчастью в нашем же отеле. Сын Галины женился на американке и теперь семья живет в Неваде. Галина уже видела Финляндию, Болгарию и Испанию. После недельного «отдыха» в Италии ей предстоит еще одна (вторая по счету за последние полгода) непростая психологически и дорогостоящая поездка из Рязани в Москву, в посольство США.
- Месяца на три – понянчусь с внуками, да поеду обратно. Я уже привыкла одна.

Впрочем, мама еще одной моей приятельницы из Италии – Ирины, переехала вслед за ней. Осела где-то под Сицилией и даже нашла себе супруга. Так что мы никогда не знаем, что приготовит нам за поворотом судьба.

Да и в одиночестве каждый чувствует себя ровно настолько в своей тарелке, насколько то себе позволяет. Моя шестая посланная судьбой и путешествием спутница – Джулия, встретилась мне в поезде до Вероны, и я уже рассказывала о ней чуть раньше. Эту сильную, уверенную в себе женщину (то, что американцы называют «self-made woman» - дословно «женщина, которая сделала себя сама») даже с очень большим желанием нельзя назвать пенсионеркой. И хотя все её родные живут в Милане, она сама выбрала одиночество в Болонье. Что сказать – едва поговорив с ней, складывается впечатление, что она ничего не принимает на веру. Все подвергает сомнению и анализу, и вместе с тем любое решение принимает прежде всего сердцем. Забастовки, политики, цены в магазинах – на все у нее есть собственное мнение. Ее характер закалился еще в бытность работы журналистом. Свои журналистские «корочки», даже с выходом на пенсию, она всегда возит с собой. Смущенная и одновременно обрадованная тем, что у нас с Джулией так много общего, я честно попыталась ей объяснить, чем занимаюсь в России. Но слово «пресс-секретарь» («relazioni pubbliche» - «связь с общественностью») хоть и выглядит обманчиво-легким для перевода, на практике вышло чем-то вроде сотрудника, который варит кофе и приносит газету.

Джулия мне показалась человеком, которая в своем одиночестве находит силы двигаться дальше.
- Что я, бабушка? Нянька? Прислуга? – спрашивала она у меня. – Я женщина, в первую очередь. Специалист. Не хочу тратить жизнь на уход за внуками, или лазанью. Мне многое предстоит сделать, я не буду сидеть на месте. И я сама выбрала жизнь подальше от семьи. Чтобы увидеть их, мне надо проделать трехчасовой путь на поезде, но они точно не могут придти, чтобы скинуть мне внуков на выходные, или трепать нервы своими ссорами. Я независима.
И если бы в этот момент она не закрывало устало глаза, сжимая переносицу, я бы ни за что не подумала, каких сил ей дается эта независимость.
- А ты едешь в Рим? Передай привет новому Папе. Он хоть и совсем недавно вступил в права, но мы все его уже очень любим. Вот, я сделала его фотографию с телевизора. Он очень мил, неправда ли?
Да-да. Третья по счету просьба передать привет Папе. Еще две, и я, наверное, сочту за обязанность все-таки найти его и передать, как любит его испанское высочество итальянский народ. В какой-то момент я жалею, что среди россиян нет ни единого политика или духовного лица, которое пользовалось бы такой искренней любовью.

И постепенно я прихожу к выводу, что это вовсе не говорит о том, что на нашем политическом Олимпе нет людей, достойных любви. Вполне возможно, что мы просто разучились любить. И этому нам действительно стоит поучиться у итальянцев.

@темы: мой креатив, писательство, чужие города

20:58 

Глава 8

Я точно помню тот момент, когда начала их считать. Одиноких женщин, попадавшихся мне на пути в этом путешествии. Вспомнить детально получилось уже только в Пензе, когда я села за записи. Но, там, в Италии, кто-то (провидение?) словно специально познакомил нас. Как бы по-доброму усмехаясь над моими попытками что-то для себя решить. «Что же» - говорило со мной это незримое и доброе, но очень ироничное сверхсущество. – «Ты решила немного побыть в одиночестве. Но какой его тип ты хотела бы выбрать конкретно? Не думай, что их так мало. Посмотри».

Я открыла глаза и увидела ее.
Знаете, никогда не верила фразам типа «и тут ее словно ударило током» или «что-то в ней изменилось в этот момент». Мне кажется, так выражаются авторы досужих женских романов, которые с реальностью соприкасаются только когда платят по счетам. Но оказалось, в жизни бывает даже такое, о чем никогда не напишут книги. И наоборот – книжных штампов в нашей жизни достаточно.
К примеру, я действительно поняла, как это - «вздрогнуть от внезапной мысли». Я даже не вздрогнула, - меня просто подбросило! И даже учитывая, что в этой даме не было ничего столь экстраординарного, сам факт ее появления и моего к ней внимания уже был чем-то действительно экстраординарным.
Все происходило на вокзале в Риме – «Рома Термини», перед отправлением поезда до Римини.

Я долго разыскивала местечко, чтобы присесть, но все скамейки (железные и каменные, других там нет) были плотно утрамбованы. И каждый взгляд, который я встречала, красноречиво говорил мне о том, что обладатель места не сдвинется ни на йоту с отвоеванной позиции. Тогда – подражая менее везучим пассажирам, пришлось примоститься на каменном бордюрчике под информационным табло. Вокруг творилась какофония римской жизни, разноцветная, как итальянский флаг. По одному и тому же квадратному метру с разницей в пару секунд могли пройти и бомж, закутанный в плащ с чужого плеча, и роскошная дама с кавалером и сумками «Луи Виттон». Бомж уляжется прямо у входа, на драный простынь, а дама поедет в Неаполь, есть сладкие conollo и смотреть оперу.
А вот мимо проехала самодостаточная женщина-инвалид скорее всего из Румынии. Скрученная в бублик в своем кресле, она что-то бормотала под нос. Вынужденный идти из-за медленно потока, тут же рядом пересекал поток фатоватый мужчина в кашемировом пальто и до скрипа тесных джинсах.

И вот тут я увидела рюкзак. Большой туристический рюкзак, в котором могла бы поместиться вся кухонная утварь моей матушки. Кто же тот богатырь, что тащит весь этот вещмешок? Солдат Французского легиона? Никогда не угадаете, это была самая обычная женщина. Крепкая и полноватая. Волосы, довольно небрежно уложенные, выбивались из резинки на затылке. Она была одета в классическую «американку» - клетчатую рубашку без рукавов и спортивные брюки-хаки. И сама она, уж поверьте, была американкой.
Все в ее образе ясно говорило о том, что это настоящий завсегдатай путешествий.
Как-то в Праге мне пришлось встретить полу-русского, полу-белоруса Валеру, для которого Советский союз еще не был разрушен (он так и называл Россию – «Советский союз»). Валера треть своей кочевой жизни художника-портретиста провел где-то между Европой и Америкой. Он хвастал, что в толпе легко узнает представителей любой нации. Я спросила у него – чем же отличаются русские туристы?

«Когда ты приезжаешь в город, ты берешь отель не меньше тройки?» - спросил он. – «Даже если только ночуешь там. Ты беспокоишься за сохранность своих документов и запираешь их. Европейцы останавливаются в хостелах, в комнатах на пять-шесть человек. Потому что так дешевле. А когда у них крадут оставленные в кармане куртки документы, они ходят мрачные и недовольные жизнью. Вот почему русские улыбаются чаще в Европе».
Опять же – спорно.
Женщина постояла пару минут, чему-то довольно улыбаясь и глядя на табло с бегающими цифрами отправления. И исчезла. Оставив меня в полностью растрепанных чувствах.

Только не смейтесь, но вот что сразу же пришло мне в голову: "Неужели это мое будущее?"
Довольная жизнью одинокая путешественница, у которой дома живут три кошки, каждый понедельник по утрам ее ждет стабильная работа, каждую субботу - друзья и ужин с картошкой-фри?
Можете быть уверены, моя богатая фантазия уже нарисовала мне мои тридцать пять и День рождения, который я встречу в одиноком путешествии куда-нибудь в Осло. В магазинном торте будет гореть свечка. Я задую ее в номере отеля. Точно зная, что дома меня, как и здесь, никто не ждет.
Я буду отлично разбираться в поездах и языках, особенностях менталитета пары континентов. Заправски ловить машину на пустой трассе, и в моем загранпаспорте будет критически мало места. Но это все.
А что, пару лет назад стать такой «дамой в «американке»» было для меня очень привлекательным будущим. Но сегодня? Действительно ли я хочу поставить собственную страсть к путешествию выше желания обзавестись семьей и детьми? И есть ли во мне такое желание вообще?
Большинство моих подруг к 25 если не обзавелись ребенком, то определенно имеют почву под ногами и какого-никакого постоянного спутника. Я не скажу «возлюбленного», с этим все не так просто. Но, по крайней мере, рядом с ними есть кто-то, кто гипотетически готов взять на себя заботу о них. Пусть и в обмен на чистые носки и свежие рубашки.

Иногда меня немного пугает, насколько я равнодушна к институту брака и ячейкам общества. Может быть, потому, что мама всегда готовила к тому семейному будущему, которое мне совершенно непонятно. Все это покорство мужу и растворение в очаге. А еще свекровь – хтонический монстр из древних легенд, вечно жадный до пыли на серванте. Как-то я поделилась своими страхами с подругой и она вздохнула: «Почему ты решила, что семья это обязательно носки? Кто тебе вообще сказал, что существуют какие-то правила и стандарты? Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на оправдание чужих ожиданий».
С осознанием этого жить стало легче.
Нет, «женщина в «американке»» – не мое будущее.
Может быть, тогда, это будет «занятая леди»?
Мы повстречались в поезде из Вероны в Римини как-то мимолетно, и даже ни разу не пересеклись глазами. Она была так занята своим сотовым телефоном, что, казалось, не заметит и Второго пришествия.
Даю голову на отсечение, что пока Иисус на чаше весов будет взвешивать провинившиеся души, она решит еще пару десятков вопросов.

Подтянутая, с легким макияжем. Идеальными острыми ноготками. Перед ней был открыт ноутбук, под рукой лежал «айпад», а «айфон» в руках алел, накалившись. Она разговаривала, когда я села в поезд, и ни разу не оторвалась от беседы за два с половиной часа. Когда я выходила из поезда, она, конец, отложила свой телефон. Чтобы сразу же погрузиться в «фейсбук».
Даже со своим молодым человеком она говорила о делах. На прием к ней бедный жених, должно быть, записывается у секретаря. Я почти слышала, как по ту сторону трубки скрипят его зубы, не в силах больше выносить разговор об акциях и PR. «Что значит «не пустите»?!Я ее жених!» - кричит он секретарю каждый раз, когда пытается прорваться в кабинет. - «Вот, посмотрите паспорт!».
Карьера – это, конечно, очень интересно. Пропадать на работе сутками, решать сложные задачи. Быть той, на кого кивают коллеги, когда их просят посоветовать трудоголика для внеплановой работы допоздна. И хотя история, в том числе и моя, пестрит примерами женщин, сумевших достичь блестящей карьеры и реализоваться в семье, это лишь исключение, подтверждающее правило. Пожалуй, я не готова однажды проснуться в пустой кровати и понять, что вчера мне исполнилось 46, дети живут на другом конце города, а муж давно спит в соседней комнате. Если вообще не убежал с молоденькой разносчицей корпоративной почты. Самое грустное, что даже после этого я продолжу работать допоздна. Просто потому что сумею жить по-другому. Тот тип одиночества, на которое обрекаешь себя не столько добровольно, сколько по причине невозможности жить по-другому. И если у «женщины в «американке» амбиций нет вовсе, то у «занятой леди» их столько, что они иногда входят в комнату намного раньше хозяйки.
Но нет, нам с «деловой женщиной» тоже не по пути. Из-за особенностей моей нервной системы, когда у других откроется второе дыхание, я тихо отдам концы.

«Метущаяся душа» - это единственное определение, которое я могу дать Ире. Мы встретились с ней в Римини, когда я только заселилась в отель. Потом я уехала на 7 дней, и больше нам не удалось поболтать, но тот вечер, что мы провели, слоняясь по морозным городским улочкам, полным студентов и озябших туристов, запомнился мне ярко. Преподавание в университете, репетиторство, фриланс, работу дизайнера одежды – Ира не сидит на месте даже на отдыхе. Про таких говорят «живет полной ложкой». Если и есть люди, которых сложно даже представить «одиночками» - то они очень похожи на Иру. И меж тем она одна.
«Подкатывает ко мне один, на машине. Кричит – «Эй! Познакомимся?», а меня аж переворачивает!». Она выглядит грустной, когда рассказывает историю своих разочарований. «Где нормальные парни? А, Даш? Я не прошу звезд с неба, но они умудряются сделать ошибки даже в словах, которые говорят!».
В этот момент от внутренней стены остановки отделяется полупьяненький латинос. Он искренне пытается познакомиться, но с его степенью опьянения внятно получается только икать. Он то ли просит закурить, то ли предлагает сходить в клуб. Не выговорив и трех слов, он позорно ретируется обратно к стенке.
«Видела?»
Я киваю. Видела.
Иллюзия, что где-то лучше, чем в России, давно оставила меня.
С розовыми очками всегда сложно расставаться, особенно если их тебе одевают с такой вежливой настойчивостью. Телевиденье на уровне полунамеков давно мусолит идею идеальной жизни за рубежом. Это только с виду они нам пытаются показать, как плохо там живется. На самом деле, каждая передача, срисованная с иностранного телевидения, каждая аккуратно скопированная западная ценность, транслируемые день и ночь, внушают нам простую идею. Там жить гораздо лучше. А еще и Интернет тысячегласно поддакивает, распевая хором мантру «Валить! Валить!» и «валит».

Наиболее доверчивые уезжают, чтобы по ту сторону океана столкнуться с теми же проблемами. С разностью культур, со сменой климата, с черствостью казалось дружелюбных людей, с фальшивой толерантностью и прибитой гвоздями к лицу улыбкой. К иному складу жизни и лицемерным заверениям в межнациональной дружбе. На самом деле ни одна нация другой не нужна. И переехав, каждый старается быть ближе к «своим». Таким образом, гордая своей многонациональностью Европа напоминают скорее пустое поле с огромным количеством отдельных термитников. В каждом из которых свои правила игры.

@темы: мой креатив, писательство, чужие города

20:49 

Глава 7

Признаться, я немного слукавила.
Говоря, что была совершенно одна.

Конечно, сначала надо разобраться в терминах. Если понимать одиночество как отсутствие постоянного спутника в путешествии, то, пожалуй, я действительно одна. Прилетела и улетела из страны без сопровождающих. Спала одна в отеле и ни с кем не делилась планами маршрута. Ни на кого не надеялась, но также – никто не мог нарушить планов. Наличие компании – всегда монета двусторонняя. Но если читать одиночество физическим наличием близких знакомых рядом – спору нет, одной я была только два дня из восьми прошедших.

Отчетливо помню, как в один из тех дней я встала с кровати – в окно светило теплое римское солнце – и подумала о том, что буду писать в своем рассказе об исследовании одиночества. Едва ли то, как мы с Дианой бродили по Вероне. Конечно, сами по себе эти прогулки были замечательны, но, согласитесь, довольно спорно писать об одиночестве сидя в кафе с другом. История с лицемерным душком. Поэтому первые три дня мое отшельничество было только на бумаге мелким шрифтом. Заглавными буквами были написаны главы Вероны.

Кстати, я уже говорила, что люблю этот город? Надеюсь, не вышла за лимит в сотню упоминаний.

То, что начиналось как рядовое «приехать, навестить» вылилось в платоническую любовь на годы. Иногда кажется, что я готова упасть коленями на эту тротуарную плитку и целовать ее, крича «Аллилуйя!», а потом бегать по пьяцца Бра и хохотать как безумная. Могу поспорить - если бы причиной такой нездоровой радости был мужчина, окружающие обязательно назвали бы это любовью. А так просто покрутят пальцем у виска. Но я вам точно говорю – это любовь.

Мы определенно в отношениях с Вероной. Это сложно назвать браком – у нас пока нет совместно нажитого имущества, однако помолвка состоялась. А если учесть, что в Италии помолвка иногда оказывается длиннее и ярче самого брака… Кстати, в фиданцатах итальянки могут ходить годами и десятилетиями. Глагол «fidanzare» - помолвить (от которого происходит существительное «fidanzata» - «помолвленная», невеста, и, соответственно, «fidanzato» - «помолвленный», жених), синонимом имеет слово «promettere». Он значит «обещать».
Но не зря в России бытует довольно грустная поговорка «обещать не значит жениться».
Мне рассказали о паре, которая ходила в фиданцатах десять лет. А как только миновал венец, быстро развелась. Вот вам и проверка бытом.

Мы с Вероной ничего друг другу не обещали. А значит, никаких обещаний нарушить не можем. Каждый раз мы даем друг другу именно то, что каждому необходимо. Я – порцию восхищения, немножечко денег и много обожания. Она просто позволяет бродить по своим улочкам. Шлепать мимо Адидже (вы помните, что ударение на первую гласную?), есть пиццу в крохотных пиццериях, любоваться освещенными ночными фонарями витринами бутиков. Абсолютно материальные радости. Совершенно акультурные отношения. Единственный музей, посещенный за два года – Башня Ламберти. Та самая, в которую угодила молния, а когда ее восстанавливали так увлеклись, что надстроили еще пару метров. Упс.
Когда стоишь на вершине, Верона сливается в одно бесконечное море красно-кирпичных крыш, по которым хочется хохоча от радости бегать, ловя темными очками солнечные блики. Я вспомнила Николо – вместе с невестой Джулией он владеет двумя квартирами в домах на улочке Виколо Вольта Сан Люка. Николо красавчик – хотя для итальянца это скорее в порядке вещей. Но вот что выгодно отличает красавчика Нико от большинства собратьев, и – вместе с тем – роднит со мной. Этот улыбчивый парень всем сердцем любит Верону.

Пока мы заполняли документы на въезд в хостел, Николо трещал без умолку. Он достал карту и увлеченно рисовал на ней стрелки и кружки, стрекоча как из пулемета о местных достопримечательностях. «Вы должны, просто обязаны сходить сюда» - его рука рисовала кружок вокруг балкона Джкльеты где-то рядом с виа Маццини. Потом его рука и вовсе беспорядочно заметалась по карте. – «И сюда. И сюда. Вот тут очень красивые виды. Здесь замечательная пиццерия. Тут замок, здесь великолепные виды на горы, а если пойти вдоль Адидже…». Он так вдохновенно, с любовью и сердцем тыкал в карту своей шариковой ручкой, что нам с Дианой просто не хватило совести сказать ему что а) я в этом городе второй раз б) Диана здесь учится… уже 6 лет.
Видели бы вы его лицо, когда все открылось. Что же, краснеющий улыбающийся Николо – ради этого стоило испытать несколько неловких секунд. В конце концов, что может быть милее смущенного итальянца?
- Я не видел своего будущего в Вероне, - как-то сказал он. – Хотел уехать. Мы с Джулией хотели. Работы нет, производства нет – что тут делать? Нас тянуло куда-нибудь в Европу, где больше перспектив. И неожиданно для себя стали владельцами хостела… Когда дела наладились, я понял, что искренне люблю этот город и уже никуда не хочу уезжать. Он такой красивый! Вот, видите? Теперь делюсь красотой с туристами. Возьмите карту, приятной прогулки!

Я полюбила этого парня. Да и как его не полюбить?
Воистину, влюбленность это прекрасное чувство, которым хочется бесконечно делиться с окружающими. По уши влюбленными, мы совершаем самые удивительные поступки. Внезапно открываем для себя красоту привычных вещей. Помогаем найти эту красоту другим. Или даже встречаем с поезда совершенно неизвестную девочку, сажаем ее в машину, и устраиваем гастрономическую экскурсию. Просто потому что мы влюблены в то, как живем и чем живем. В жизнь, и в конце концов в самих себя.
Верона, я пишу это письмо тебе. Пусть оно будет с помарками и неловкое. Пусть почерк неровный, но уверена, что ты обязательно прочитаешь. В конце концов – ты же город, у тебя полно времени.
Так вот - спасибо тебе, Верона.

А остальное передам при встрече.

@темы: чужие города, писательство, мой креатив

23:31 

Глава 4, часть

Я никогда не судила тех, кто переезжает в другую страну – за своей любовью, в поисках работы или новой жизни. Это свойственно человеку, быть в движении. Моя подруга уехала в Америку. И не одна. Знакомая моей знакомой – в Финляндию, и вышла замуж за финна. Говорят, эти парни очень медленно стареют, и я, кажется, даже знаю почему – черт возьми, там же так холодно! Знакомая знакомой моей подруги вообще живет во Вьетнаме – и оттуда пишет письма на родину, в основном состоящие из непереводимого русского фольклора, ведь жизнь там не сахар. А вот девочка, о которой писала интервью моя подруга Ольга – вышла замуж за итальянца и теперь работает фотомоделью в каком-то модном журнале.

В Италию, ежегодно съезжаются сотни и тысячи иммигрантов. Чисто визуально, сегодня на улицах Вероны, Рима, Неаполя и Милана влачат самое жалкое существование выходцы из Румынии, Африканских континентов (сюда их свозят целыми кораблями!), Албании, арабских стран, Китая, Филиппин, Индии, а еще здесь есть наши соотечественники и соседи – россияне, украинцы, и белорусы. «Stranieri» (иностранцы), «immigranti» (иммигранты), «extracomunitari» («граждане из страны, не входящий в ЕС») и даже «clandestini» («тайно прибывшие» или «нелегально прибывшие») – в Италии сразу несколько слов существует для тех, кто приехал в эту страну за куском хлеба и надеждой на светлое будущее. Разница только в том, что кто-то – как представители, к примеру, России и Украины, работает в поте лица, а кто-то просто попрошайничает.

Арабы, китайцы и африканцы толкают на улицах всякую мишуру – зонтики в непогоду, «лизуны» и сумки в обычное время (мне всегда было интересно – кто эти люди, на которых бедолаги кормятся?), индийцы работают в отелях, албанцы – разнорабочими, румыны вообще не напрягаются – клянчат евро на каждом углу, подложив под себя скорбные пожитки. Вы, конечно, простите, но в России иммигранты – кроме цыган - хотя бы работают. То, что творится здесь, даже безобразием сложно назвать. Разве только прибавить к этому слову «кромешное».

Вот кто прочно нашел свою нишу в экосистеме Италии, так это жители Украины. Трудолюбивые, способные и охочие до любой работы, женщины из Украины здесь ценятся. Кажется, у них сразу несколько рук и ног – уход за домом, детьми, компания пожилым родителям, уход за садом и хозяйством. «…Надежная, как весь гражданский флот» – это про них.

Так в Италию приехала мама Дианы – Светлана. Яркая, живая и неутомимая, как будто в кармане всегда носит запасной моторчик, эта женщина держит в порядке целый дом (а также дочь и супруга!). А какую еду она готовит. Поутру она за час – не сойти мне с этого места – она успела сделать блины и fritelle (жареное в масле тесто), собрать на стол, привести себя в порядок, накормить животных и… там определенно было что-то еще.

Ах, этот итальянских завтрак в 10 утра и обед – в час дня. Если вы никогда не ощущали, каково это, когда собственный желудок вас ненавидит – попробуйте пожить в этом распорядке. Первый прием пищи - завтрак (colazione) – чашка капучино, возможно с круассаном, кусочком кекса или торта. Второй прием пищи – обед (il pranzo) – с 13-00 до 15-00. После этого большинство ресторанов закрываются. Если итальянец обедает дома, то покушает плотно, вне дома может просто перехватить panino (бутерброд). Хотя не обманитесь, пожалуйста, этим названием – здесь бутерброд – это едва ли не целый кусок хлеба, разрезанный пополам. Внутрь могут положить сыр, ветчину, моцареллу, овощи.

Третий прием пищи - ужин (la cena) – около 20-00. Этот прием пищи самый важный и богатый. За большим столом собирается вся семья, подаются паста, салат, вино, сладкое, ликер. Раз в месяц ужин бывает по-настоящему праздничным – и может состоять из нескольких перемен блюд. Закуски (antipasti) - соления, ветчина, маленькие горячие бутерброды (crostini), первое блюдо (Il primo piatto) - паста, равиолли, ризотто, супы; после - второе (il secondo), мясо, рыба и на гарнир овощи или салат. Десерт (dolci), это мороженое, пироги, печенье или фрукты.

Венчает ужин чашечка капуччино или бокальчик ликера под радостный фейерверк взорвавшихся от переедания гостей из других стран.

...

@темы: Путешествие, мой креатив, писательство, чужие города

22:00 

Глава 3

Эй, а тут холодно!

В Вероне около семи градусов тепла. На мне целый гардеробный шкаф – платье, колготы, леггинсы, легкий шерстяной шарф, теплые носки, а поверх - гетры (я зову их «ногогрелки», а по-итальянски будет «ghette»). Мама, которая звонит, как только я выхожу из поезда, довольна. Она успела испортить мне не один моток нервов перед отъездом, твердя, что я выбрала не лучшее время для поездки. Мы знаем, не бывает плохой погоды… бывает самая что ни на есть мерзопакостная! В этом году в Италию настоящая, теплая весна приходила неохотно и с большим опозданием.

Обычно, здесь в марте уже птички и благодать – обитатели квартир высаживают на балконе зелень, а жители частных домов – цветы в саду. В этом же году за относительно теплым началом марта последовало буйство антициклона. Одни районы страны отделались прохладным дождем, особо невезучим достался снег. Поэтому неудивительно, что Верона встретила меня пасмурным небом и довольно недружелюбным ветром в лицо.

С моей итальянской signora в поезде мы успели наговориться обо всем на свете. Правда, она понимала только 20 процентов того, что говорила ей я, а мои проценты понимания были и того ниже. Интернациональный разговор времен Холодной войны, когда поговорить очень хотелось, но никто друг друга не понимал! И все же, мы успели обсудить цены, род деятельности и… мужчин! Боже мой, и стоило ехать на другой конец света, чтобы обсуждать этот второй по распространенности вид гомо сапиенс.

«Мой сын, мой муж - говорила она, - живут в Милане. Я еду к ним. К внукам. А в Болонье живу одна. Я выбрала так сама».

Еще один вид одиночества мне в копилку – уединение. И хотя может показаться, что моя прекрасная занятая донна (она постоянно звонила по телефону и что-то печатала в «айпад») несколько замкнута, на самом деле она была настоящим кладезем мудрых мыслей. Я рассказала ей о России и множестве мигрантов, которые, словно приливная волна с наступление полнолуния, все прибывают и рискуют затопить страну до краев. Она сказала, что Россия просто слишком большая. А вот Европу уже затопило, и все кто могли – сбежали с корабля. Интересно – Россия и страны пограничные бегут в просвещенную Европу за благополучием… а куда же бегут европейцы? Видимо, в Китай и Японию?

Неудивительно – парирую я, что Европа бежит – посмотрите на цены в магазинах. Колбасная нарезка толщиной в микрон – восемь евро, сыр – пять. Дешевле одного евро в магазинах найдешь разве что бесплатные пакеты! Чтобы заработать на такую еду, не будет времени даже поесть. А проезд? 2 евро за поездку в автобусе – кем надо быть, чтобы кататься на таких автобусах? Владельцем автопарка?

- Нас устраивают такие цены, - отвечает она. - В нашей стране мы получаем достойную зарплату. Эти цены рассчитаны из наших потребностей и возможностей.

- А как же быть со студентами, которые постоянно бастуют из-за низких стипендий? У них больше потребностей?

- Кому нужно так много студентов с высшим образованием? Если им не хватает на еду, пусть бросают университет и идут работать. И потом, – она лукаво улыбается, - как бы ни были высоки цены, вы же сейчас в Италии…

Пожалуй, с этой дамой лучше не спорить.

С Дианой мы идем по центральной улице Вероны – великолепной Corso Porta Nuova. С левой стороны закованная в каменные берега зеленая Адидже (ударение на первый слог, как в слове «адище»; хотя ассоциация та еще, согласна), справа – остов городских ворот Porta Nuova («Новые ворота»), через которые в Верону попадали приезжие начиная с 16 века. Сейчас, конечно, ходить там запрещено. Впервые увидев эти ворота, мне показалось, что это такой местечковый сарайчик, выстроенный по случаю. Да простят мне итальянцы такое неуважение к их достославной архитектуре. Впрочем, отличить, знаменитый театр La Sсala снаружи от пензенского Литературного музея можно только с очень большим трудом. Неявная какая-то монументальность тут периодически господствует, я вам скажу.

Я счастлива так, как может быть счастлив человек. Словно все мои печали, страдания, и голодный желудок улетучились, а осталось только большое и теплое ощущение удовольствия. Верона это не город для меня, это состояние души. Бывает, заблудишься в собственном городе – плутаешь, плутаешь, а улицы как на подбор – ни разу не знакомые. Но я спокойна – ведь это мой город, и я совершенно точно не умру здесь от голода, затерянная в каменных джунглях среди вывешенных на сушку полотенец и нижнего белья. Это ощущение дома и спокойствия – как будто частичка Пензы в кармане – не оставляло меня сразу в двух городах Италии – Вероне и Риме.

Здесь все как в уютной домашней гостиной, куда приходишь отдыхать после работы. Удобный диван – лавочки на piazza Bra рядом с фонтаном; книжная полка – магазин книг на via Mazzini, бокал вина и кусочек пиццы – в любой из крохотных пиццерий; телевизор – куда ни глянь, сплошная передача об итальянцах в естественной среде обитания; и, конечно же – вид из окна. И в этом окне Адидже, зеленая, буро-серая, голубая или черная – в зависимости от времени года и погоды, скованная каменными берегами канала, и по мосту Понте ди Пьетра все дальше к узкой, не шире метра, лестнице на холм Сан-Пьетро (где началась история города), минуя исполинские свечки кипарисов, несколько парковых площадок, к самой захватывающей панораме Вероны. Эти черепичные крыши испытали на себе непогоду 5 столетий. Как человек, родившийся в городе с историей в жалкие пару веков, мне нечего сказать этим вопросительно смотрящим на меня крышам.

Могу поспорить, что эти малышки-черепички с презрением думают «Сколько мы вас перевидели, недолговечные двуногие из костей и мяса. Вы приходите, и уходите, а нам тут жить!».

Что сказать, люди недолговечны. Зато мы можем разбить вас молотком. А еще развести голубей, и они будут на вас исправно гадить! - так думаю я, и от этих мыслей как-то теплее.

@темы: чужие города, писательство, мой креатив, Путешествие

07:50 

Глава 2

Я решила назвать свою историю - «Da sola. Удовольствия одиночества». Многим это название может показаться непонятным. Разве в одиночестве бывает удовольствие? - спросят они. Что вообще в этом хорошего – быть одной. В конце концов, вся история человечества стала реальностью только благодаря тому, что мы, гомо сапиенс, объединяемся в группы. По интересам, политическим взглядам, профессиональным умениям или согласно предпочтениям в сексе. Если бы древние люди внезапно решили, что им вполне нравится добывать мамонта в компании собственного отражения в полированном каменном топоре, наверное, до этого сочинения дело бы и не дошло. Динозавры и твари поменьше, не менее зубастые, с удовольствием переели бы всех. Конечно, в этом случае не было бы ни геноцида, ни «Кривого зеркала», но и таких замечательных вещей, как Италия, также не было. Поэтому я совершенно не ставлю целью доказать, как волшебно – быть бирюком в раковине отчуждения.
Совсем наоборот. Но позвольте пояснить.

Так же, как и многие, до своего 25-летия я честно думала, что одиночки в этой жизни глубоко несчастны и заслуживают если не жалости, то, по крайней мере, сочувствия. С самого раннего возраста я была окружена, так или иначе, компанией. Мои родители – восхитительные люди, мало того, что на протяжении многих лет любили и любят друг друга, так еще и купали в этой любви меня. У меня были и подруги, и многочисленные родственники. Застолья, гости, семейные праздники…К чему я веду – быть одной всегда для меня представлялось унылым удовольствием. Друзей становилось все больше – господи, спасибо тебе за них – и, наконец, я сказала себе «Даша, ты молодец». И добавила «Кажется, в твоей жизни все идет как надо». Правда, не очень получалось с личными отношениями, однако одинокой я себя все равно не считала. Мне как в той песне (только наоборот) хоть и не повезло в любви, зато с картами и остальным все было в порядке.

Сложился даже небольшой туристический тандем – с подругой Ольгой мы трижды пересекали границу за новыми впечатлениями, и из раза в раз все больше туристически взрослели – если можно так выразиться. Когда же Ольга не смогла поехать со мной в Финляндию – на концерт MUSE (я еще та рокерша, о да) – в последний момент провидение послало мне Ирину. У этой девушки все было прекрасно с английским и ощущением земли под ногами. Что-то в ней всегда вселяло уверенность в хорошем окончании любой истории. И хотя у нее были очень интересные взгляды на фотографирование достопримечательностей, мы отлично поладили. За ее надежной дружеской спиной я вновь позабыла об угрозе остаться одной в чужой стране.

Все больше мне кажется, что чем дольше человек находится в плотном кольце социума и социальных отношений, тем сложнее ему оставаться наедине с самим собой. И хотя нигде так остро не ощущается одиночество, как в скученной толпе, все же – не окажись этой толпы рядом можно хорошенько поехать крышей. Наше так называемое «уединение» сегодня наполняется телевидением и социальными сетями. Незримый, но постоянный белый шум вокруг.
Я читала исследование, в котором десяток школьников попросили без плеера, телевизора и иных мультимедийных развлечений посидеть в одиночестве ровно один день – с утра до вечера. Разрешалось заниматься творчеством, читать или гулять. Можно было даже петь себе, или аккомпанировать на бутылочных горлышках. Но и это не помогло. Многие из подопытных мышат вышли из эксперимента уже через пару часов. Парочка дотянула до середины дня. И только один карапуз высидел весь день – забыв о времени, он моделировал кораблик. Сошедшие с дистанции все как один рассказывали, что в тишине и покое комнаты их начинали посещать приступы беспричинного страха и беспокойства, а в голову лезли не самые приятные мысли. Знакомая ситуация? Для меня – да. Иногда я даже завидую людям, которые способны хоть на сорок минут чистого времени терпеть себя самого, не дополняясь никем и ничем.

Подружиться с отражением в зеркале и мыслями. Открыть именно в себе наиболее интересного собеседника. Вот это всегда в моем понимании было настоящим искусством, доступным кому угодно, только не мне. Совершенно не обязательно, конечно, при этом походить на полоумного старичка из пьес Шекспира, бормочущего себе под нос. Достаточно, кажется мне, научиться любить и ценить минуты одиночества, и не бояться их в собственной жизни. Открыть свою душу и впустить туда самого родного, любимого и ценимого - себя. Разве это не прекрасно?
Моя мама говорит – «Одному плохо. Если ты, конечно, не уплетаешь что-то вкусное». Подобно тысячам людей, она давно не представляет своего досуга без телевизора или музыки. «А что мне слушать?» - всегда спрашивала она, когда я пыталась выключить раздражающий шум. – «Собственные мысли?».
Одиночество, конечно, не самое лучшее, что может случиться в жизни, но быть к нему готовым и научиться извлекать из него удовольствие и пользу – то высокое искусство, которые нами теперь почти утеряно.
Потому, собирая вещи, я думала, что это будет очень грустное путешествие. «Что я там буду делать? Без компании? Болтать с самой собой о погоде?» - прикидывала я. Как жаль, что в сумку нельзя положить карманного собеседника.

Эти мысли снова пришли мне в голову, когда скорый поезд мчал из пересадочной станции Болоньи в Верону. Самый прекрасный город мира, на секундочку.
За окном мелькали аккуратные, будто по линейке постриженные зеленые поля, укрытые полиэтиленом от прохладцы весны виноградники – бесконечные ряды кривых невысоких кустов. Остриженные от веток, будто ссутулившиеся подростки, спрятавшиеся под маминым зонтом. Хотя Италия и страна вечной весны – по крайней мере, метеорологической (считается, что весна приходит при температуре выше ноля, в Италии градусники редко опускаются ниже этой отметки), виноград все же заботливо укрывают. Шутка ли, на этой нехитрой ягодной культуре держится большой пласт экономики страны. Да и что итальянцы будут делать, если на их обеденном столе не окажется вина? Устроят революцию, не иначе.
Небо чистое и ясное, того оттенка голубого, который бывает только ранней весной. Игрушечные домики, открытые и крытые навесы с тракторами и прочей сельхозтехникой. Каменные памятники местному трудолюбию и семейственности. Какие-то домики уже изрядно побиты временем и изъедены коррозией, по трухлявым кирпичам ясно – там никто не живет. Какие-то - наоборот, только недавно выкрашены в самые жизнерадостные цвета. Говорят, в этом году была мода на канареечно-желтый. Представляете себе жизнь в желтом, как нововылупившиеся цыплята, доме? Зубовный скрежет соседей, чьи окна выходят на ваши стены, обеспечен.

Что я ощущала в этот момент, одна на целых четыре (довольно комфортабельных) сидения вокруг, молча разглядывая пейзаж за окном? Грусть? Тоску по родному городу? Может быть, беспокойство? Я вспомнила свои ощущения в отеле. Тогда, действительно было желание собрать вещи и снова попроситься в самолет.
Неосознанно рука потянулась к телефону. «Сложно представить, как рады твои родители, наверное, каждый раз провожая тебя в дорогу» - говорила мне частенько Ольга. – «Вы и так живете вместе, видитесь каждый день. Дай им отдохнуть от тебя!»
Рука замерла. Около четырех часов по московскому времени. Родители готовятся обедать. Мама раскладывает тарелки, шкворчит что-то на плите в кастрюльке. Что им сказать? «Привет, у меня все хорошо. Я еду в поезде, и мимо меня проносится виноград. Неповторимое зрелище! А вот – овцы! Настоящие овцы!»
Нет. Вместо этого, я отложила сотовый и положила руку подальше от иль мио телефониньо (моего маленького телефончика).

Все это не просто так, знаете ли. Этот день, Италия, весна и вон тот виноград в полиэтилене. Думай, Даша, думай. Должно быть что-то другое. Жизнь не состоит только из рассказов. Сперва им необходимо вызреть в тебе, настояться – как хорошему коньяку, в кедровой бочке собственной головы. А значит, должно быть время и на саму себя – наполнение кедровой бочки! На мысли, ощущения, переживания. Никто не виноват в том, что сегодня я в поезде еду одна, и что мне не нашлось спутников. Случайности неслучайны. Так может быть, пора изменить отношение к тому, чего не можешь изменить? Кто знает, вдруг так было необходимо вселенной? Почему меня постоянно тянет нарушить ее волю и пойти по проторенной колее? Почему из всех дорог я всегда выбираю самую простую и безопасную, почему не даю руке судьбы вмешаться и делать то, что ей заблагорассудится – не спрашивая совета и просто ожидая новую партию чудес? И не точка ли сегодня отсчета новой моей истории, которая только-только на подходе. Здесь, на месте «семь дэ» скорого поезда Frecciabianca (Белая стрела) Болонья-Верона.
Почему бы не попробовать просто быть одной и не искать чьей-то компании. А потом взять, и рассказать о том, как у меня это получилось (или не получилось – кто знает)? Вдруг кому-то, да поможет мой опыт.

Отличная, кажется, идея! Я, словно Мария Кюри, ступаю в неизведанное и опасное, и мне немного страшно, но вместе с тем ужасно любопытно. Что из этого выйдет? Как скоро я сдамся? Насколько непосильна для меня, болтушки и хохотушки, задача обратить свой взгляд извне глубоко в себя - и попытаться именно там отыскать самого важного и самого интересного партнера по путешествию. Сестру, надежное плечо и собеседницу.
Стало очень приятно, даже немного удивительно, как такое простое решение не пришло в голову раньше. Итак! Что же я ощущаю? Я готова записать каждое состояние и описать со всей тщательностью. Я приготовилась слушать себя…
В этот момент в купе заходит миловидная пожилая итальянка.
«Buongiorno. Posso sedere qui? Lei di dov'è?» («Добрый день. Я могу здесь присесть? Откуда вы?»)

«Вселенная! – захотелось закричать мне – Ну ты уже определись?! »

@темы: чужие города, писательство, мой креатив, Путешествие

21:49 

Глава 1

Вы в курсе, что из древесины кипариса почти не строят дома? Предметы мебели, бытовые мелочи – этот драгоценный материал издревле не тратили на подобную ерунду. Обладая удивительными свойствами сохранять форму, не ссыхаться и не гнить, кипарисовые доски чаще всего шли как основа под рукописные иконы. Из этих досок делали четки, кресты и прочие культовые изделия. Вырезали даже в российских храмах, но продавали, понятно, по запредельно высоким ценам. Готова поспорить, что ситуация не изменилась и сегодня. Хотя к ассортименту предметов из кипарисовой древесины добавились мастерки. Ручка для мастерка, как написано на одном Интернет-сайте, выполненная из древесины «вечного дерева», никогда не выпадет из рук. А даже если вы не удержали и крёкнули свой любимый (еще бы, он ведь обойдется в пару тысяч) мастерок с высоты в пару этажей – ручка не треснет и не деформируется. Согласитесь, для этого стоило пару сотен лет заниматься выведением бедным античным трудягам науки с Кипра.

Конечно, всего этого я не знала, когда впервые в иллюминаторе показались бежево-черепичные крыши домов и стройные зеленые свечки кипарисовых садов. Не для меня одной, наверное, эти деревья стали символом Италии, страны вечной весны. Хотя я всегда люблю говорить, что Италия – не больше не меньше – родина вечности.
Народы дальнего севера со мной бы не согласились, но кто их слушает.

Наш самолет медленно и торжественно кружился над Римини – крохотным туристическим городком на севере знаменитого «сапога». Хотя, скорее всего, торжественно и не очень быстро кружилась как раз моя голова. Я вообще не ахти как стойко переношу перелеты. Мой вестибулярный аппарат в такие моменты играет со мной в салки. И тот факт, что подобно мне страдает, как правило, половина самолета – совершенно не утешает. Хорошо, что большую часть полета я провела за очень важным занятием. Разговором.

Моими собеседниками стала пара из Москвы. Она работает в крупном автомобильном концерне и постоянно мотается по командировкам, он – программист. Довольно стандартный набор для Москвы, впрочем. Она повидала полмира, а он если где и бывал, то только вместе с ней. Он в этой паре ведомый, а она – безусловный лидер.
Размышляя потом об этих ребятах, я почему-то думала, как мы с Ольгой смотрелись в наших совместных поездках. Кто был лидером, а кто ведомым? Кто решал, куда пойти, какое место лучше обойти кругом, а потом обидеться тайком и жалеть, что не пошли. В двойных путешествиях это обычное дело. Собственная воля отходит на второй план, и ты думаешь во множественном числе. «Куда бы нам сходить? Что будет интересно нам обоим?». Иногда это надоедает, иногда – спасает от одиночества, но так или иначе – однозначно расслабляет. Всегда есть на кого положиться или, наоборот, переложить вину. Мы, конечно, не дети, но лично мне свойственно замолчать разочарование, а потом в уголке гладить по шерсти собственную обиду.

А как быть, если путешествуешь один? На кого сваливать вину за не посещенный музей или упущенный поезд?
Хороший вопрос, а?
Кстати, раз уж мы решили размышлять, вот вам еще немного пищи для мозгов. Известный философ от религии Николай Бердяев, устав ломать голову о судьбах мира, написал книгу «Чувство Италии», в которой сказал: «Италия обладает таинственной и магической силой возрождать душу, снимать тяжесть с безрадостной жизни. Такова вечная, неумирающая, неразрушимая Италия». А вот об итальянцах красиво мало кто говорил и писал. Катрин Денев, например, вообще заметила, что у итальянца в голове только две мысли. И вторая - это спагетти. Немного походит на известную русскую шутку про количество и расположение извилин у женщины (та самая, в которой у женщины только одна извилина, и она аккуратно разделяет две половинки ее попы). Вам не захотелось спросить - почему такая несправедливость?

В нашем отеле его padrone (просто «владелец», но как звучит!) Адам – невысокий подвижный мужчина лет сорока, когда я сказала ему пару итальянских слов, заметил: «Итальянцы – народ довольно ленивый. Любим кушать, а учить языки – не наше дело. Поэтому нам всегда приятно, когда кто-то заморачивается настолько, что учит наш язык. Избавляя тем самым нас от необходимости думать лишний раз». Самокритичненько. Может, Катрин не так уж и не права.
И вот я посреди комнаты два на два – лишний раз не повернуться, а если во сне свалишься с кровати – упрешься носом в балконную дверь. Ванная настолько крохотная, что дверь в нее с филигранной четкостью закрывает душевую кабину. Замечательно, если вам не хочется мыть гостей у себя. Всегда можно притвориться, что душа просто нет. Отель «John» на второй линии от моря и 26 остановке автобуса от центра. Дальше только Сибирь и декабристы.

Я не жалуюсь, нет. Предыдущий-то итальянский отель был точной копией советского детского лагеря. Причем уже развалившегося. Благодаря удивительной планировке, в нем можно было принять душ, сидя на туалетном стульчаке. Так что здешние «не-хоромы» по сравнению с теми были как крупный молл рядом с сельским магазином. Позитив, позитив! Я вовремя вспомнила, что его всегда надо источать. Просто… полка у туалета в поезде, 8 часов в аэропорту; перелет, холодный Римини. Поймите меня правильно – хотелось немного комфорта. А тут – двадцать шестая остановка и не работающий на обогрев климат-контроль.

«Так, Даша, сядь» - сказала я себе, и села на кровать, посреди разбросанных вещей. Бедненькая простынка натянулась из последних сил, и я бьюсь об заклад, что слышала, как она зазвенела от натуги. На улице уже стемнело и прямо в окно мне с любопытством смотрело какое-то не зацветшее пока, лысое дерево. Соседи сбоку включили телевизор и стали выяснять отношения – картонная толщина стен позволяла мне слышать каждый аргумент супруги.
«Начнем с того, что ты в Италии» - продолжила я. «И на этом же закончим» - съехидничал внутренний голос. Я попросила его замолчать.
Не вовремя еще позвонила по скайпу мама – она проявила живейший интерес к моему путешествию. «Тебе что, в курятнике постелили? ..Или это хлев?» - спросила она, осмотрев через размытую камеру мои хоромы.

Ну вот, началось – подумала я. И пожалела, что со мной не было Ольги, которая могла бы удивительным образом найти положительное даже в направляющемся в нашу сторону кровожадном динозавре с распахнутой пастью.
Я ощутила это… Как его.
Одиночество.

@темы: Путешествие, мой креатив, писательство, чужие города

19:29 

Наконец-то собралась выкладывать свои путевые заметки

Пролог

Я вспоминаю тот вечер в римском квартале Трастевере, когда стояла шестая или восьмая в длинной очереди перед тратторией «Da Augusto».

Честно говоря, мне еще повезло. Сложно выбрать время, когда туда не бывает столпотворения на входе и поэтому разница только в том, какой по счету в очереди вы будете. Улочка Виа дель Моро, запутанная в глубине самого аутентичного района Рима Трастевере совсем крохотная. Она вообще годится только как парковка для машин местных домовладельцев. Но, как это обычно здесь, предприимчивые итальянцы умудрились не только открыть в крохотном зальчике на первом этаже собственного дома ресторан, но еще и летом занимать пол улицы выставными столами.

В середине марта, правда, было довольно холодно для посиделок на воздухе. За полчаса до открытия очередь насчитывала уже пятнадцать-двадцать человек – обычное дело для «Da Augusto». Люди рвутся сюда попробовать домашней кухни, которая разрекламирована в добром десятке иностранных и собственно итальянских путеводителей по Риму. Не знаю, что там написано, но народ валит потоком. По мне так сомнительное удовольствие – стоять на холоде и смотреть, как по ту сторону стекла сидят, издевательски жмурясь от удовольствия, те, кто оказался удачливей. Но хотя итальянская поговорка и гласит «Si mangia per vivere, non si vive per mangiare» - я бы не сказала, что сами итальянцы с ней согласны, и ради еды готовы даже отстоять очередь. Странные люди!

Ровно в восемь внутри сначала зажегся свет – очередь заволновалась, ведь все проголодались, а потом застекленная старенькая дверь отворилась. Выглянул Августо – владелец – крупный, высокий и кудрявый мужчина, и стал считать по головам.
Передо мной стояли в основном парочки… Ладно, одни парочки. Мальчик-девочка, девочка-мальчик – и так шесть раз. И после меня тоже. «Due» (двое, то есть), «due» - считал Августо на пальцах, в уме распределяя по столам, а потом остановился взглядом на мне. «Una» - сказала я. Одна. И показала для верности указательный палец – вдруг он не поймет моего великолепного пензенского выговора.

Мужчина замер.
«Da solo?», переспросил он, и выражение его лица стало очень странным. Он вскинул брови, сложил губы дудочкой и свистнул, сделав какое-то движение рукой. Как будто говоря «Девушка, вы меня удивляете! Что это вы выдумали».
Конечно, в этот момент он совсем не переживал о том, что у меня нет эдакого фатоватого итальянца или англичанина на привязи, который скармливал бы мне макароны с вилочки. Думаю, его мысли были о том, что совершенно безнравственно я отняла у него лишнее место в ресторане, за которое он мог бы получить свои «soldi» - деньги. Так или иначе, на пустой стул не найдется еще одного гостя – все приходят либо компанией, либо, по крайней мере, вдвоем.
А я одна такая была одна – простите уж мне тавтологию.

Но в ту минуту, когда он присвистывал и творил что-то с бровями, я почувствовала себя довольно-таки неуютно. «Da solo». Как будто на мне какое-то проклятие, или стыдная болезнь. Я вдруг представила себя моряком, которого выкинули на острове злобные приятели и сами уплыли в порт к девицам легкого поведения. А может быть, так чувствовал себя ученый, единственный из коллег отправившийся в темный лес искать редкие виды жуков, когда другие преспокойно сели на опушке жарить шашлыки. Хотя нет, в этом есть даже что-то героическое, а героем я себя совершенно не ощущала.

С итальянского сочетание предлога «da» c прилагательным «solo» переводится «в одиночестве», а «solo» значит «только» либо «один», «одинокий». Как и в русском, одновременно называя и количество, и отсутствие близких социальных связей, а может - состояние души.
Есть даже такое выражение «solo soletto (come un cane)» - один одинешенек, как собака.
Обидно, согласитесь. Особенно когда ты сам этого не осознаешь, а тебя так довольно неинтеллигентно тыкают в это носом. Мне хотелось выпятить грудь и сказать "Ну да, да соло! Ну и что? У меня две ноги, голова, и даже есть руки! Я не калека и нечего тут мне стеснятся. Просто так сложились обстоятельства.". Но я не сказала. Наоборот даже - сделала вид, что не заметила ничего, и прошла внутрь. А после еще пару минут чувствовала себя довольно неуютно...Ладно, кого я обманываю. До конца вечера я себя чувствовала неуютно, проматывая в ожидании еды интернет-новости на телефоне и делая вид, что меня это занимает.

К чести этого проклятого «Da Augusto», после владелец – он лично обслуживал столики, вместе с супругой и половозрелыми сыновьями (а их бабушка и родственнички, оправдывая название «траттория» – домашний ресторан, в этот момент творили на кухне), ни разу не выказал своего отношения к занятому мною месту. Ко мне даже никого не подсадили. Правда, потом перепутали мой заказ и принесли не те gnocchi – клецки. Но так после извинялись, словно готовы были позволить мне лично выпороть провинившегося официанта. Да и какая уж тут неинтеллигентность. Непосредственные как дети, итальянцы просто не думают скрывать эмоции, а удивление хозяина было предсказуемо. Вокруг, сколько хватало глаз, были только парочки и компашки (видите, я опять употребила это «только», «solo»! Оно везде!).
Одинокий турист здесь скорее редкость. И так уж вышло, что сомнительная честь представлять невысокий процент одиночных путешественников выпала мне.

Шел пятый день моего путешествия по Италии. И я была на середине пути к ответу на вопрос - можно ли путешествовать в одиночку, и получать от этого настоящее удовольствие.

@темы: чужие города, писательство, мой креатив, Путешествие

09:08 

Istrice:
На итальянских пляжах среди приятного шума волн и менее приятных детских и прочих визгов часто можно услышать зычный голос с характерными южными нотками, котоый с рутинным энтузиазмом призывает всех немедленно испробовать "Cocco bello, cocco frescooO!" [Красивый кокос, свежий кокос!] - именно с такой восходящей интонацией.
Разносимый ветром призыв неотъемлемая часть среднестатистических итальянских пляжей наравне с шоркающими шагами чернокожих вукумпрà*, неизменная и привычная. Но сегодня я услышала чудесную вариацию приевшейся фразы

Лежу сосиской под солнцем, почти засыпаю, слышу приближающийся пронзительный "КоккобеллооОО!" и вдруг этот же продавец как выдаст:
- Cocco bello a fettine ti fa crescere le tettine!

В общем, если перевести смысл, то получается "Нарезанный кусочками кокос поможет твоим сисечкам вырасти"! При попытке рифмованного перевода у меня получилось только "ешь нарезанный кокос - сиськи будут заебос". Извините :facepalm2:

Лолшто :lol: Спасибо, я поржала, день прошел не зря, однако :lol: И главное - выдал он эту потрясающую фразу почти механически. Что только не ляпнешь ради продажи, даа %)

*Про вукумпрà

@темы: Чужие города

09:18 

Winterborn:
У меня появилась новая страсть, к сожалению, весьма не полезная - bubble tea.



Это такая вкусняшка, состоящая из чайного напитка самых разных вкусов с добавлением шариков из съедобной оболочки, которую лопаешь языком или раскусываешь зубами, а там густой наполнитель определенного вкуса.

В России их еще нет, а у нас это настоящий бум, я все чаще и чаще вижу кафе, где продают этот напиток.

А только что порылась в инете и узнала, что эти заразы еще и жутко калорийные

@темы: Чужие города

Заводной апельсин

главная