18:29 

Lady_orange
Про постановку "История одного преступления" Пензенского драматического театра.

Давече были мы с О. в драматическом театре на постановке "История одного преступления". Сказать, что это было отлично - все равно что с глубокомысленной рожей промолчать.

Эта постановка делает хорошо глазам, голове и гладит по шерсти чувство прекрасного, раскрывает нужные чакры и на целые два часа выключает мир. Хочется плакать от удовольствия, бегать по залу с криком "Расцеловать, расцеловать бы вас всех!", и дарить, осыпать актеров цветами (хотя справедливости ради, цветы-то мы и забыли купить - меа кульпа). Просто потому, что при всей необъятности ассортимента драматических постановок нашего любимого и незыблемого театра им. тов. Казакова, очень немногие пьесы лично я там могу переварить без подливки в виде хорошего собеседника рядом.

Спишем на мое скудоумие и малограмотность, но, к примеру, на "Мсье Амилькара" я пойду только в случае, если городу будет грозить бомбежка, и объявят эвакуацию в театр. Та же сколопендра с "Плутни Скапена" и прочей люксномертринадцатщиной. Очень жаль, что по примеру Спарты, в нашем театре слабые нежизнеспособные в эстетическом плане спектакли не сбрасывают в пропасть со скалы.
Тем прекрасней, что есть в волшебном сундучке дядюшки Сережи такие драгоценности негасимой красоты, как "История одного преступления", "Ветер шумит в тополях", "Поминальная молитва" и "Обыкновенное чудо".
Спектакли, в которых решительно каждый актер находит возможность сделать что-то удивительное без унылой петросянщины, заигрывания с первым рядом, и намеков на нижепоясные части тела электората.

Адвокат Григорий Мазур - честный, горький, растерянный, искренний, из разряда тех людей, которые готовы оторвать кусок от себя, помогая другому. Он не семи пядей во лбу, но от всей души хочет прежде всего справедливости - к нему проникаешься не только любовью и сочувствием, от него заряжаешься желанием быть неравнодушным. Иногда смешной, иногда трагичный, он на сцене живет своей болью и заставляет сопереживать - даже тогда, когда понимаешь, что как бы ни хотел он справедливости для Марьи, он человек своего века и так же как многие мужчины - просто не в состоянии понять, через что проходит женщина того времени. Потому и вопросы задает поверхностные, общие - не приближаясь в очевидной разгадке.

Пронзительная Марья, Вера Дупенко, по отношению к которой слово "играть" оскорбительно. То, как выглядит из зала ее присутствие на сцене, ничем кроме "проживания" и не назовешь. Тупая бабья боль по неслучившейся счастливой жизни сквозит в каждой сцене, горечь от постоянного унижения, тоски, душевное очерствление после убийства. Страшная, непростительно тяжкая сцена рассказа об убийстве на месте преступления - одна из лучших в постановке и уж точно самая эмоционально-насыщенная.
Спасибо волшебному Александру Куприянову, сыгравшему Льва Толстого (хотя вышел тощеват, что и говорить; подушки на месте живота не хватало). Никогда не скрывала - Куприянова я люблю в каждой постановке, но его персонаж в "Ветер шумит в тополях" всегда заставляет плакать (а Король в "Чуде" - смеяться). Что вы делаете, так нельзя.
Больше вам ролей, и всегда вдохновения, вы удивительный.

Спасибо Столыпину Сергею Дрожжилову. Все сыграно - с душой и силой. В вашим героем хочется спорить, но безотносительно этого уважать, и радоваться, что пусть и в исторических масштабах недолго, у России был такой государственный деятель. Образовательно-воспитательная, правильная роль.
Низкий поклон Нефедову-Ибраеву за непроходного помощника, который получился цельным самостоятельным персонажем, который очень умел (хоть иногда!) разряжал гнетущую атмосферу
спектакля шуткой. Это было действительно мило и всегда естественно. И за какую-то настоящую, человеческую "русскость" спасибо Федосье-Беляковой. За все присказки, песни, задор, и, конечно, небольшие, но ярко сыгранные монологи - спасибо Вам, Ольга, вас не затмили возможно по сюжету более важные персонажи, вы были очень гармоничны и очень душевно теплы в этой роли - лучик света и радости в беспросветной мути общего сюжетного настроя пьесы.

Как, черт возьми, КАК эти шесть человек могли творить такой бесшабашный пир духа и глаз на трех метрах полезного пространства сцены? Без спецэффектов, греческой трагедии и прочей джигурды, актеры свернули в тугой бублик все, что было внутри, потом хорошенько это мое нутро отжали, встряхнули, как белье после стирки, и вывесили сушиться в катарсисе. А самое главное, ощущать себя по-настоящему очищенной от скверны дурновкусия жизни по ту сторону дверей.

Как будто окунулась в колодезную воду, умылась и вышла на свет.

@темы: рецензия

URL
   

Заводной апельсин

главная