00:14 

Lady_orange
- Все проходит, Вань.
Черт усмехнулся - его лицевые мышцы явно не были приспособлены для таких упражнений и потому уголок рта с розоватым нутром у скулы изогнулся так, что стал виден желтоватый клык и часть насыщенно-розового языка. Получился скорее оскал.
В прохладной комнате с незашторенными окнами постепенно сгущались синеватые осенние сумерки. Тихо жужжа, тускло разгорались фонари во дворе. Сквозь тонкие рамы тянуло сквозняком.
Черт поежился. Отопление в этом году включать надо было включать еще в начале сентября - ударили ранние заморозки. После вечно горячей и душной Преисподней, в мире людей он всегда мерз, и потому, несмотря на шерсть, комично и нелепо пытался носить человеческую одежду. Сейчас он натянул на себя Ванин полосатый плюшевый халат - полы его волочились по линолеуму, собирая пыль.
- Все проходит, - повторил он. - Начинается и заканчивается. Как ты, Вань, считаешь, лучше хорошо начать, или кончить получше?
Дядя Ваня в майке, знавшей и лучшие времена, сидел за трехногим кухонным столом перед внушительной горой свежесваренных, исходящих дымом пельменей.
- Ты, брат, на еду налегай, - как всегда прагматично ответил сантехник. - Я когда пельмени есть начинаю, мне хорошо. Когда заканчиваю - тоже хорошо.
Черт повел длинным лоснящимся соплями пятакомw розовым и мягкимq Пасть его приоткрылась, наружу выскользнул длинный коровий язык, лизнул ноздрю.
- А если я, Вань, об эмпиреях? О духовном? - спросил он немного обиженно, косясь на очередной пельмень, навсегда пропадающий в Ване.
- О бабах, что ли? - проницательно поинтересовался сантехник, и вдруг тепло ухмыльнулся.
Черт был неисправим в своей любви страдать не жалея ни себя, ни своих нервов. По поводам не просто самым разным, но одновременно и идиотским, не имевшим к серьезным вещам совершенно никакого отношения. Ваня подцепил пельмень на вилку, густо смазал его сметаной и положил на совершенно пустую тарелку Черта.
Тот не ответил. Тоскливо подпер копытом черный мохнатый подбородок и вдруг запел дребезжащим, словно рюмки в серванте, козлетоном:
- ...У меня ль во садочке, у меня ль во прекрасном...Хорошо пташки пели, хорошо распевали...
Дядя Ваня резко перестал есть, и посмотрел на Черта долгим, внимательным взглядом, в котором сочеталось и понимание и усмешка, добрая, по-деревенски простая, глубоко нутряная. Первые несколько недель после петли, Черт только и делал, что пел русские народные песни, выливая в себя ведрами все, что по законам химии могло гореть. Когда Ваня принес ему тормозную жидкость - просто из интереса, тот сморщился, но выпил. После чего немедленно уснул, и проспал три дня. А проснувшись, никогда больше не пил ничего, крепче кваса. Что Серая Выпь всегда находила очень забавным, потому как сама к алкоголю была невосприимчива совершенно. Ее внутренние механизмы ломались совсем от другого.
- ... А я, молоденька, охоча гуляти... - тянул Черт в пустоту густых кухонных сумерек, и подсвеченная разгоревшимися за окном фонарями, огромная, тяжелая слеза текла из его круглого черного глаза, оставляя на шерсти блестящую дорожку. - ...гуляти, скакати, плясати... в зелен сад ходити... Ходити...
Слеза, последний раз блеснув на кончике жестого волоса бороды, гулко шлепнулась в тарелку. На размякший под сметаной пельмень.
- Ну, брат, тише, - дядя Ваня протянул руку к дребезжащей о стену "Березке", со скляночным бряцаньем открыл дверцу. Внутри на полке, между заветренным ломтиком колбасы и синей от холода селедкой лежал заботливо упакованный в газетку бутерброд с красной икрой, слезящейся маслом.
Денег в доме Вани водилось не много, а потому он проявлял крайнюю аскетичность в еде и быте. Но иногда, по особым случаям получки или еще какой оказии, заводившиеся монеты он тратил на красную лососевую икру. Гурманом он был, что и говорить, вычурным. Особенно по нынешним временам, когда в лесах и воде потихоньку стали кончаться все, кого человек так привык без разбору потреблять. Словно бы Великий Исход открыл в этом куске зримой вселенной дыру, и постепенно, в нее проваливалось все, что с трудом пока держалось на краю.
- Что пельмени, пища бытовая, неинтеллигентная, - добродушно буркнул дядя Ваня и развернул хрустящую газетку. - На вот, духовную тебе пищу. Берег для случая. И доберег.
Черт резко схлюпнул набежавшую на край ноздри соплю и встрепенулся.
- Будет, Ваня, ты что, - хрюкнул он. - Я ж ничего. Я ж так, накатило. Это ж икра, ее ж теперь с огнем не найти! - он заволновался и вдруг широко, вкусно облизнулся - не оставляя сомнений в том, что отказывался он лишь из уважения к Ваниному вниманию.
- Давай-давай, лопай. Проглот, - сантехник облокотился на столешницу, обняв себя руками за плечи. Его большое и доброе лицо сошлось лучистыми морщинами у рта и глаз. - Мне что - на укус. А у тебя пасть маленькая, авось разжуешь до вкуса.
Черт не дал себя долго уговаривать. Бутерброд исчез в его пасти так стремительно, что Ваня даже не успел выдохнуть и пожалеть. Черную морду беса разрезала широкая, розово-белая и клыкастая улыбка, приподнимая пятак. Передние зубы у Черта были мелкие, как горох.
- Человеческая, Вань, душа - есть предмет глубоко неизученный, - довольный, сыто цокая языком, Черт облизнулся.
- А ты и не изучай, бес сохатый. Живи и небо копти, пока живется и коптится. А дальше...
- А нет ничего дальше, Вань. Уже ничего. Да и не было.
- Пельмени зато есть, - уверенно сказал дядя Ваня. - И с ними надо кончать.
Черт кивнул и вскочил, чтобы включить свет в совершенно темной комнате. Со светом-то оно веселее.

@темы: Дядя Ваня, мой креатив, писательство

URL
Комментарии
2015-06-08 в 12:14 

Танцующая с призраками
ГП головного мозга Палата 9 и 3/4
:white:

2015-06-09 в 02:45 

Lady_orange
Танцующая с призраками, спасибо) удивлена, что это кто-то читает)

URL
2015-06-09 в 08:16 

Танцующая с призраками
ГП головного мозга Палата 9 и 3/4
Lady_orange,
да я случайно.
но с удовольствием.
персы очень живые, за ними приятно следить)))

     

Заводной апельсин

главная